О чувстве юмора Брежнева. «Я королём был избран всенародно»

By | 19.12.2020


Леонид Брежнев — Анатолию Карпову: «Взял корону — держи! Потому что за корону, знаешь, дерутся… А мы тебе желаем успеха, никому не отдавай… Вообще, народ уже стал к тебе привыкать»

19 декабря — официальный день рождения Леонида Ильича Брежнева (1906—1982). Вилли Брандт вспоминал: «Брежнев мог быть импульсивным, даже гневным. Перемены в настроении, русская душа, возможны быстрые слёзы. Он имел чувство юмора… Его фигура не соответствовала тем представлениям, которые могли возникнуть по его официальным фотографиям… Он производил впечатление изящного, живого, энергичного в движениях, жизнерадостного человека. Его мимика и жесты выдавали южанина, в особенности если он чувствовал себя раскованным во время беседы».
Чувство юмора Леонида Ильича отличалось от чувства юмора его предшественников — Никиты Хрущёва и Иосифа Сталина. Пожалуй, главным свойством брежневского юмора являлось то, что его шутки обычно не задевали самолюбия его собеседников, были необидными, или даже приятными для них. Это был скорее юмор, а не сатира. Вот для примера десяток типичных шуток Леонида Ильича.

1. Первый секретарь Крымского обкома, встречая однажды Брежнева, пошутил, что крымчане к приезду генсека постарались на славу: приготовили хорошую погоду. «Запомните, — тотчас в тон ему возразил Брежнев, — погода делается в Кремле!». Другой раз, когда заговорили о погоде, Леонид Ильич сказал:
— Ну вот, стоит мне улететь, как ерундить принимается даже погода!

2. Когда принимался план на 1977 год и речь зашла о малом поголовье скота, Леонид Ильич насмешливо заметил: «Сколько раз я вам говорил: заведите два раза в неделю постные дни».

3. В 1970 году генсек осматривал дом-музей семьи Ульяновых (в бывшем Симбирске). В столовой гид сообщил ему:
— А здесь Ульяновы обедали.
— Надеюсь, не за казённый счёт? — тут же сострил Брежнев.
Рассказывали, что городские власти встревожились от этой шутки и спешно отменили намеченный великолепный банкет.

4. В речах Брежнев шутил сравнительно редко — такие шутки не соответствовали стилю эпохи. В 1956 году, выступая на тему о сельском хозяйстве, Брежнев под общий смех процитировал Марка Твена: «В этом году следует ожидать позднего урожая зерновых. Поэтому фермерам лучше приступить к высаживанию кукурузных стеблей и посеву гречневых блинов с июля, а не с августа».

5. Часто бывало так, что Брежнев в разговоре шутил, а собеседники воспринимали его слова совершенно серьёзно, и оставались в недоумении. На заседаниях Политбюро Леониду Ильичу иногда приходилось оговариваться: «Извините, это шутка». Сама мысль о том, что Генеральный секретарь шутит, казалась в 70-е годы почти невероятной. «Однажды, помню, — говорил певец Лев Лещенко, — на даче у Брежнева произошёл любопытный случай. [Иллюзионист Арутюн] Акопян показывал фокусы, и в одном из них из его ладони вылетали червонцы».
— Этот фокус я смотрел бы всю ночь, — пошутил Брежнев.
«Вечером все присутствовавшие на концерте артисты стали собираться домой, а Акопян, наоборот, принялся вновь раскладывать всё для фокусов. К нему подошли охранники и спросили: «Что это вы делаете?». А он ответил: «Леонид Ильич сказал, что будет ночью меня смотреть». Если иронии генсека не понял даже такой знаменитый «шутник», как иллюзионист Арутюн Акопян, то что уж говорить об остальных людях!

6. Когда на переговорах иностранные собеседники Брежнева вдруг говорили что-то по-русски, он мог в шутку сказать переводчику:
— Переводи!
У некоторых после этого складывалось чёткое впечатление, что Брежнев уже ничего не соображает. Во Франции в 1977 году переводчик серьёзно возразил генсеку:
— А чего переводить? Он с вами по-русски говорит.
— Тогда не надо, — согласился Леонид Ильич.
Та же история повторилась в 1981 году в Праге, где Брежнев присутствовал на съезде правящей партии. Оратор — Густав Гусак, чтобы сделать приятное гостю, закончил свою речь на русском языке, называя Леонида Ильича по имени. Брежнев выслушал, обернулся к своему переводчику и шутливо спросил:
— А ты почему мне не переводишь?
Ни один человек в огромном зале не засмеялся, воцарилась недоумённая, гробовая тишина.

7. Эпоха Брежнева была гораздо серьёзнее по своему стилю, чем эпохи Ленина, Сталина и даже Хрущёва. Публичные шутки и смех стали реже. И, хотя Леонид Ильич шутил с трибун чаще своих коллег Косыгина и Суслова, но в основном его юмор проявлялся в неофициальной обстановке. В 1967 году Леонид Ильич как-то поприветствовал своих гостей, прочитав наизусть стихи Алексея Апухтина (он знал на память немало стихов, особенно Есенина):
Садитесь, я вам рад. Откиньте всякий страх
И можете держать себя свободно,
Я разрешаю вам. Вы знаете, на днях
Я королём был избран всенародно,
Но это всё равно. Смущают мысль мою
Все эти почести, приветствия, поклоны.
Я день и ночь пишу законы
Для счастья подданных и очень устаю.

Шутка и самоирония здесь заключались не только в том, что Генсек называл себя «королём», но и в том, что стихотворение называется «Сумасшедший» и написано от имени больного, страдающего манией величия.
В 1970 году Брежнев пошутил: «Я сейчас вроде как царь. Только вот царь мог деревеньку пожаловать. А я деревеньку пожаловать не могу, но зато орден могу дать…»

8. Алексей Аджубей замечал о Брежневе: «Редко я видел его хмурым. Он излучал оптимизм». Кремлёвский врач-стоматолог Алексей Дойников рассказывал: «Вообще это был весёлый человек. Ко мне в кабинет он ни разу не входил без шутки. Причём они всегда были красивые и остроумные».
В известных мемуарах Бориса Ельцина «Исповедь на заданную тему» Брежнев тоже появляется с мгновенной необидной шуткой. Молодого Ельцина привели на «первый смотр» в кабинет Генерального секретаря. Покосившись на «новенького», Брежнев сразу спросил у его спутника, секретаря ЦК: «Так это он решил в Свердловской области власть взять?»


«Взял корону — держи!»

9. Поздравляя молодого чемпиона мира по шахматам Анатолия Карпова, Брежнев с юмором наставлял его на глазах у телекамер: «Взял корону — держи! Потому что за корону, знаешь, дерутся… А мы тебе желаем успеха, никому не отдавай… Вообще, народ уже стал к тебе привыкать». «Взял корону — держи!» — откровенное признание старого политика…

10. Но некоторые шутки Леонида Ильича имели и политическое значение. Во время визита в СССР президента Франции Шарля де Голля в 1966 году Первый секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев показал ему пуск межконтинентальной баллистической ракеты. Потрясённый этим впечатляющим зрелищем, Де Голль спросил: «Такая же ракета и на Париж нацелена?». Брежнев улыбнулся и поспешил «утешить» генерала: «Не беспокойтесь. Не эта».
Пожалуй, Леонид Ильич в данном случае действовал в точном соответствии с заветами древнекитайского военного мыслителя Сунь-цзы, который сказал: «По правилам ведения войны наилучшее — сохранить государство противника в целости, на втором месте — сокрушить это государство. Наилучшее — сохранить армию противника в целости, на втором месте — разбить ее… Поэтому сто раз сразиться и сто раз победить — это не лучшее из лучшего; лучшее из лучшего — покорить чужую армию, не сражаясь. Поэтому самая лучшая война — разбить замыслы противника; на следующем месте — разбить его союзы; на следующем месте — разбить его войска. Самое худшее — осаждать крепости».
В том же 1966 году Франция вышла из состава военной организации НАТО. Штаб НАТО пришлось переводить из Парижа в Брюссель… Не под влиянием того ракетного испытания, конечно, но оно, вероятно, укрепило генерала в его решении.
Если бы все войны и всегда удавалось выиграть так! 🙂


Наверное, с таким же хитрым выражением лица Леонид Ильич показывал Де Голлю пуск баллистической ракеты

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *